Карта сайта
20 февраля 2019, 14:57

Послание Президента Федеральному Собранию

Фото: Алексей Филиппов/РИА Новости
Фото: Алексей Филиппов/РИА Новости
Стенограмма Послания Владимира Путина Федеральному Собранию

Уважаемые коллеги! Решение демографических проблем, рост продолжительности жизни, снижение смертности прямо связаны с преодолением бедности. Напомню, в 2000 году за ее чертой находилось более 40 миллионов человек. Сейчас – около 19 миллионов, но и это слишком много, слишком много. А у нас была ситуация, когда это количество ушло к 15 миллионам, сейчас немножко опять подросло. Надо, безусловно, сосредоточить на этом наше внимание – на борьбе с этим явлением.

Причем серьезные материальные проблемы испытывают еще больше людей на самом деле, чем те, которые официально находятся за этой чертой. Они вынуждены экономить на самом необходимом – одежде, лекарствах, даже на еде. Среди тех, кто чаще всего сталкивается с бедностью, – многодетные, неполные семьи, семьи, где есть инвалиды, а также одинокие пенсионеры и люди, которые не могут найти достойную работу, хорошо оплачиваемую работу, потому что ее просто нет или им не хватает квалификации.

Причин для бедности на самом деле – не только в нашей стране, в мире вообще – очень много, но она всегда буквально придавливает человека, лишает его жизненных перспектив. Государство должно помочь людям, помочь выйти из сложной жизненной ситуации. Опыт некоторых наших регионов показывает, что можно эффективно работать на этом направлении. Я назову эти регионы: это Калужская, Ульяновская, Томская, Вологодская, Нижегородская области, ряд других регионов России. Их опыт показывает, что работающим механизмом такой поддержки может стать социальный контракт, так называемый социальный контракт.

Как он действует, что это такое. Государство оказывает гражданам помощь в трудоустройстве, повышении квалификации. Предоставляет семье финансовые средства – кстати, приличные, речь идет о десятках тысяч рублей – на организацию подсобного хозяйства или небольшого собственного дела. Подчеркну: для каждого предлагается индивидуальная программа поддержки, исходя из конкретной ситуации. При этом человек, который берет эти ресурсы, одновременно берет на себя определенные обязательства: пройти переобучение, найти в соответствии с этим работу, обеспечивать свою семью, детей устойчивым доходом. В мире такой механизм действует и работает достаточно эффективно. И для тех, кто действительно стремится изменить свою жизнь, социальный контракт дает возможность сделать это.

По оценкам, за 5 лет такой поддержкой смогут воспользоваться более 9 миллионов человек. Поручаю Правительству уже начиная со следующего года на условиях софинансирования с регионами оказать содействие субъектам Федерации, которые активно внедряют практику социального контракта.

Далее. Сегодня многие граждане, семьи берут кредиты на различные цели, потребительские кредиты. Конечно, нужно понимать свою ответственность, рассчитывать силы, все это понятно. Но в жизни может случиться все и бывает все: и потеря работы, и тяжелая болезнь. И в этой ситуации загонять человека в тупик – последнее дело, да и бессмысленно даже с экономической точки зрения. Для защиты людей нужны дополнительные законодательные гарантии. Так, предлагаю предусмотреть «ипотечные каникулы» – мы недавно говорили об этом в Казани, – то есть отсрочку по платежам для граждан, которые лишились дохода. Дать им возможность сохранить свое единственное жилье, а кредит передвинуть, погасить позднее. Это непростая задача, здесь нужно подумать, как организовать эту работу так, чтобы и финансовым организациям не навредить, и человека поддержать. Но это можно сделать.

Также прошу Банк России и правоохранительные органы в кратчайшие сроки навести порядок на рынке микрокредитования, оградить людей от обмана, мошенничества и настоящего вымогательства подчас со стороны недобросовестных кредиторов.

Подчеркну: и в решении проблемы бедности, и в развитии системы социальной поддержки важно дойти до каждой нуждающейся семьи, разобраться в ее проблемах. Ни в коем случае нельзя отказывать в помощи только потому, что жизненные обстоятельства человека «немного» где-то и как-то не вписываются в формальные критерии той или иной нашей программы.

И конечно, нужно щепетильно, внимательно относиться к каждой детали. В качестве примера, не очень хорошего примера для нашей работы, хочу сказать о следующем: в этом году были проиндексированы пенсии в рамках пенсионной реформы. Но если доход пенсионера превысил прожиточный минимум, то ему перестали выплачивать социальную доплату в прежнем размере, или вообще перестали, или снизили ее. В результате прибавки к пенсии либо вообще нет, либо она оказалась гораздо меньше, чем человек ожидал. И многие люди с полным на то основанием чувствуют себя обманутыми. Многие здесь, в зале, наверное, понимают, о чем идет речь. Мы ведь или из регионального, или из федерального бюджета доплачивали до так называемого прожиточного минимума пенсионера. Проиндексировали, и получилось, что прожиточный минимум сравнялся либо превысил. Перестали эти доплаты делать, вот и все.

Необходимо было учесть все нюансы, однако этого сделано не было, а такого быть, конечно, не должно. Возникшую несправедливость, а это, безусловно, так и есть, надо немедленно устранить. Уже с текущего года индексация пенсий и ежемесячных денежных выплат должна осуществляться в любом случае сверх уровня прожиточного минимума пенсионера, который устанавливается ежегодно. То есть государство сначала, сперва должно довести пенсию до прожиточного минимума, а уже после этого проводить индексацию самой пенсии и ежемесячных денежных выплат. Выплаты за первые месяцы текущего года нужно пересчитать и доплатить людям те деньги, которые они недополучили.

И что особо хочу сейчас отметить: все, кто работает в социальной сфере, приходит на государственную или муниципальную службу решать насущные проблемы граждан, конечно же, должны соответствовать самым строгим профессиональным требованиям. Я думаю, что в основном так оно и есть. Конечно, это очень сложная работа, мы с вами понимаем, работа с людьми каждый день с утра до вечера – это сложная судьба на самом деле. Но если уж пришел, то надо понимать, что не менее важно чувствовать, понимать людей, сопереживать им, знать их заботы и тревоги и тем более никогда не допускать высокомерного отношения, неуважения к гражданам ни в словах, ни в действиях. Я прошу помнить об этом всегда.

Уважаемые коллеги!

Следующая важная тема – здравоохранение. Знаю, что его нынешнее состояние, уровень доступности медицинской помощи, с одной стороны, вроде как растет, и действительно растет, но тем не менее многих граждан не устраивает. И понятно, с чем это связано. Ведь об этой системе, как правило, судят по первичному звену: поликлиникам, амбулаториям, фельдшерско-акушерским пунктам. Именно к их работе у людей больше всего претензий. Зачастую к нужному специалисту многодневная очередь, невозможно быстро и бесплатно пройти необходимое обследование, а в отдаленных населенных пунктах остается проблема даже попасть к медицинскому работнику, просто попасть на прием. Да, число фельдшерско-акушерских пунктов и мобильных медицинских комплексов растет, однако там, где их до сих пор нет, человеку от общих, средних цифр не легче.

До конца 2020 года медицинская помощь должна стать доступной во всех, я хочу это подчеркнуть, именно во всех без исключения населенных пунктах России, для всех граждан, где бы они ни жили. Для справки хочу сказать, что уже за 2019–2020 годы должно быть построено и, надеюсь, будет построено и модернизировано еще 1590 врачебных амбулаторий и фельдшерских пунктов.

Сейчас в ряде регионов реализуется проект «Бережливая поликлиника». В результате время ожидания в регистратуре, у кабинета врача в среднем сокращается в три-четыре раза. Я был в таких поликлиниках, работают очень здорово, очень хорошо. Гораздо лучшие условия создаются для людей с ограниченными возможностями, для родителей с детьми. Но таких поликлиник, к сожалению, пока очень мало, они скорее исключение, чем правило по стране в среднем. С учетом лучших региональных практик, а они, повторяю, есть, поручаю Правительству уже в этом году утвердить высокие стандарты бережливых поликлиник, принять правила их аттестации, а в следующем году совместно с регионами внедрить механизмы, которые мотивируют управленческий и медицинский персонал повышать качество работы. И в первую очередь уже в 2021 году нужно полностью перевести на новые стандарты все детские поликлиники. Обращаю внимание: дело не в том, чтобы появилась вывеска «Бережливая поликлиника». Главное, чтобы люди наконец почувствовали уважительное, по-настоящему бережное отношение к себе, к своему здоровью со стороны государства.

На повышение доступности медицинской помощи должна работать информатизация здравоохранения. В течение трех лет надо отладить электронное взаимодействие между медицинскими учреждениями, аптеками, врачами и пациентами. Добавлю: обязательно нужно включить в общую цифровую сеть и организацию медико-социальной экспертизы, тем самым избавить наконец пожилых людей, инвалидов, семьи с детьми от очередей и сбора бессмысленных подчас справок.

Острый вопрос для первичного звена здравоохранения – это дефицит кадров. Здесь наряду с комплексным развитием медицинского образования нужны меры, которые дадут быстрый результат, быстрый эффект. В этой связи предлагаю снять возрастные ограничения для участников программы «Земский доктор», чтобы специалисты старше 50 лет также могли получить единовременную выплату при переезде на работу в сельскую местность или малый город: врачи – миллион рублей, фельдшеры – 500 тысяч рублей.

Далее. Сегодня самые сложные операции, используя новейшее оборудование, успешно делаются не только в федеральных, но и региональных клиниках и центрах. Однако наряду с этим крайне важна и эффективная реабилитация. У нас просто не было никогда такой системы, но нужно с чего-то начинать, и работа здесь предстоит большая. Давайте начнем с создания хотя бы двух детских реабилитационных центров мирового уровня, так же как мы делаем по перинатальным центрам, а затем будем двигаться дальше.

В Послании прошлого года предложил реализовать программу по борьбе с онкологическими заболеваниями. За ближайшие шесть лет направим на эти цели не менее 1 триллиона рублей. Речь об организации своевременного, эффективного и доступного лечения, о внедрении передовых технологий, которые в большинстве случаев позволяют помочь людям, заставляют отступить эту опасную болезнь. Сегодня с диагнозом, например, лейкоз выздоравливает более 80 процентов детей, при некоторых формах рака – более 90 процентов излечиваются. Еще сравнительно недавно, в середине 90-х годов, болезнь была практически неизлечима, спасти удавалось не более 10–20 процентов заболевших детей. В России тогда не было ни технологий, ни возможностей. Во многих случаях выход был только один – обращаться в зарубежные клиники. Кто мог, тот обращался. Мы понимали весь трагизм этой ситуации и направили на развитие детской онкологической помощи, онкогематологии ресурсы, потенциал нашей науки, здравоохранения, работали очень активно с нашими друзьями из-за границы (некоторые врачи из Германии просто переехали в Москву, здесь проводили, и, наверное, проводят до сих пор, значительное время) и в целом добились результата. Будем продолжать эту работу, чтобы кардинально изменить ситуацию во всей системе онкологической помощи. Принципиальное значение здесь имеет ранняя диагностика. У нас фактически восстановлена система диспансеризации и регулярных профилактических осмотров. Они должны включать обследования на онкологические заболевания. Подчеркну, в обязательном порядке. Причем человеку нужно дать возможность дистанционно записаться на прием, выбрать удобное время для посещения поликлиники, включая вечерние часы и выходные дни, пройти осмотр без дополнительных формальностей.

Далее. Уже в ближайшие годы мы должны сформировать ряд новых направлений на стыке здравоохранения и социального обслуживания. Так, надо в корне изменить систему помощи людям, нуждающимся в долговременном уходе и в стационаре, и дома; настроить ее на потребности конкретной семьи, конкретного человека; кому-то помочь в бытовых вопросах (привлечь патронажную службу, сиделку), а где-то обучить родственников медицинским и иным навыкам. Отработка этих индивидуальных принципов поддержки в прошлом году началась в Волгоградской, Костромской, Новгородской, Псковской, Рязанской и Тульской областях. За четыре года их нужно внедрить по всей стране.

Важнейший вопрос, который имеет не только медицинское, но и социальное, общественное, нравственное измерение, – это организация паллиативной помощи. По оценкам, в ней нуждаются до 800 тысяч человек, а волонтеры мне говорили, может быть, и миллион. В январе посещал, как вы знаете, детский хоспис в Петербурге, говорили о проблемах. Знаю, что вчера депутаты Государственной Думы во втором чтении приняли поправки в законодательство о паллиативной помощи. Прошу как можно быстрее завершить работу над законопроектом в целом. В дальнейшем посмотрим, как он действует на практике, и, при необходимости, оперативно внесем коррективы, обязательно учитывая позицию и волонтеров, о которых я только что упоминал, врачей, социальных работников, представителей общественных и религиозных объединений, благотворителей. Всех, кто давно – от сердца идет это – занимается оказанием паллиативной помощи.

Уважаемые коллеги! Люди проявляют все более высокие требования к вопросам экологической безопасности. И, пожалуй, самая болезненная тема – это ситуация с коммунальными отходами. Если вы помните, впервые она зазвучала у нас на одной из моих «Прямых линий». Да, так называемыми мусорными проблемами не занимались, может быть, сто лет, то есть никогда, на самом деле, не занимались. Многие полигоны переполнены, десятилетиями скапливались там эти отходы. Полигоны превратились в настоящие горы хлама вблизи жилых кварталов. Кстати говоря, тоже интересно, вы как выдавали разрешительную документацию на строительство жилых кварталов рядом с этими помойками и свалками? Кто об этом подумал? А должны были подумать. Обращаюсь к представителям власти всех уровней: делать вид, что ничего не происходит, уходить в сторону, отмахиваться от требований граждан – абсолютно недопустимо. Эти вопросы трудны, конечно, но ведь и трудные вопросы обязательно надо решать.

С этого года регионы начали переходить на новую систему обращения с твердыми коммунальными отходами. Но если все сведется к росту платы за вывоз мусора – это не работа, а профанация. Люди должны видеть, за что они платят немалые деньги и какие реальные изменения происходят. Нужно навести порядок в этой сфере, избавиться от мутных структур, которые не несут никакой ответственности, а только получают сверхприбыли, сваливая мусор, где и как придется. Надо сформировать цивилизованную, безопасную систему обращения с отходами, их переработки и утилизации. Удивительно, но еще год назад мне лично приходилось вмешиваться в некоторые вопросы. Несколько раз приходилось говорить и Министерству внутренних дел, и Прокуратуре. Вы знаете, удивительно, еще раз хочу сказать, но почти ничего не двигалось, пока просто в явочном порядке дал команду выставить охрану там и никого не пускать. Только так работает, потому что вот эти мутные так называемые конторы, они на этом наживаются и, наживаясь на этом, неплохо обеспечивают свое благосостояние и свой так называемый бизнес прикрывают.

Я прошу Общероссийский народный фронт обеспечивать здесь действенный гражданский контроль, в том числе опираться на общественных экологических инспекторов. Их сигналы о любых нарушениях должны в обязательном порядке рассматриваться органами власти, вести к принятию конкретных мер. В ближайшие два года должны быть закрыты и рекультивированы 30 крупных проблемных свалок в черте городов, а за шесть лет – и все остальные. При этом надо повысить долю обработки отходов с сегодняшних 8–9 процентов до 60, чтобы не накапливать новые миллионы тонн мусора.

Необходимо переводить на более чистые экологические решения предприятия ЖКХ, энергетики, транспорта. В том числе призываю бизнес активнее участвовать в проектах по развитию рынка газомоторного топлива, инвестировать в создание сети заправок и топливных систем, использующих, в частности, сжиженный природный газ. У нас его достаточно, так, как ни в одной стране мира. Да, это вообще на самом деле непростой и финансово емкий проект, но нужно это делать, он принесет результаты, принесет результаты и по бизнесу, и людям.

Позитивный эффект от перехода промышленности на наилучшие доступные технологии, на строгие природоохранные стандарты должны почувствовать жители крупнейших индустриальных центров страны, и в первую очередь тех 12 городов, о которых я говорил еще в Послании 2018 года. Эти города нужно наконец вывести из зоны настоящего экологического бедствия. За шесть лет объем загрязняющих выбросов в атмосферу здесь должен сократиться не менее чем на 20 процентов. А чтобы ни у кого не было соблазна уклоняться от решения такой задачи, нужно четко установить ответственность в промышленных и других компаниях, обозначить их конкретные шаги, которые они обязаны предпринять для минимизации экологического ущерба, зафиксировать все это в законе о квотировании выбросов. Я знаю, прекрасно знаю и понимаю, о чем там идет речь. Знаю, что весьма влиятельные лоббисты стараются всячески притормозить этот законопроект. И аргументы мне хорошо известны: сохранение рабочих мест, сложная экономическая ситуация. Но так не может продолжаться бесконечно. Не может. Напомню, что при принятии подобных решений мы должны руководствоваться не корпоративными интересами, не интересами отдельных уважаемых людей и компаний, а интересами народа России. Прошу принять закон в весеннюю сессию, уважаемые коллеги.

Решение проблем в сфере экологии – это задача для нашей промышленности и науки, ответственность каждого из нас. Призываю самым активным образом включиться в эту работу и молодежь. Мы должны передать будущим поколениям экологически благополучную страну, сохранить природный потенциал и заповедный фонд России. В этом году откроются новые национальные парки в республиках Дагестан, Коми и в Саха (Якутия), в Алтайском крае и Челябинской области. Но хочу заострить внимание: у многих особо охраняемых территорий границы до сих пор четко не определены, режимы регулирования не соблюдаются. Поручаю Минприроды провести детальную ревизию. Все заповедные территории должны быть поставлены на кадастровый учет. Кроме того, необходимо законодательно зафиксировать: в заповедниках возможен исключительно экологический туризм, без изъятия территорий, вырубок леса или капитального строительства. Надо, конечно, иметь в виду интересы людей, которые там проживают. Но надо решать это в комплексе.

Уважаемые коллеги! В лучших столичных и региональных вузах России растет число студентов из небольших населенных пунктов, удаленных районов. По данным международных исследований, ученики наших начальных и старших классов добиваются хороших результатов и в гуманитарных, и в точных науках, да мы с вами это и видим по конкурсам, по различным универсиадам, которые проводятся в этой сфере. Все это показатели качественных изменений в школьном образовании.

Однако при всех достижениях нельзя оставлять за скобками и очевидные проблемы в этой важнейшей сфере. Так, доля школ с современными условиями обучения выросла с 12 процентов в 2000 году (было всего 12 процентов) до 85 процентов в 2018-м. Но порядка 200 тысяч ребят все еще ходят в школы, где нет нормального отопления, водопровода и канализации. Да, это меньше полутора процентов школьников, но если родители видят, что их ребенок учится в таких условиях, то все слова о справедливости, равных возможностях этих людей – что? – только раздражают. Обращаю внимание глав регионов, где есть еще такие школы. За два года проблему нужно полностью решить, мы можем это сделать. Знаю, Правительство думает об этом, принимает определенные решения. Я вас прошу поддержать те регионы, где нет пока собственных возможностей.

Далее. Когда в 2006 году мы начали подключать школы к интернету, технологии были совершенно другими. Знаете, и тогда это казалось прорывом просто. Но это и было прорывом на самом деле, тогда это было очень здорово. Но сегодня эти технологии кажутся древними, и теперь перед нами уже задачи нового уровня. К концу 2021 года все школы России должны иметь не просто доступ в сеть, а высокоскоростной интернет. В 2006 году, напомню, при подключении школ к интернету ориентировались на скорость доступа в 128 килобит в секунду. Сейчас нужно 50 или 100 мегабит в секунду, то есть эта скорость должна вырасти минимум в 400 раз. Но именно это должно открыть ребятам доступ к урокам и лекциям известных преподавателей, конкурсам и к олимпиадам, позволит им существенно нарастить свои возможности, осуществлять совместные онлайн-проекты со сверстниками из других регионов Российской Федерации и из-за рубежа. Должно меняться и содержание образования. В государственных стандартах и программах важно отразить приоритеты научно-технологического развития страны, а в федеральные перечни школьных учебников включать действительно лучшие издания.

И конечно, важнейший вопрос – кадры. Сегодня уже говорил о расширении программы «Земский доктор». Предлагаю с 2020 года запустить аналогичную программу «Земский учитель», по которой единовременную выплату в размере миллиона рублей будут получать педагоги, которые захотят и переезжают работать в села и малые города.

 

Ссылка для блогов